0
3677
Газета Проза, периодика Интернет-версия

25.06.2015 00:01:00

Не издалека

Тэги: финляндия, шанхай, проза, эмиграция, море, толстой, шексир, анна каренина


финляндия, шанхай, проза, эмиграция, море, толстой, шексир, «анна каренина» Там и море холоднее, и люди тоже. Исаак Левитан. Море у финляндских берегов. 1896. Иркутский областной художественный музей им. В.П. Сукачева

Вокруг темы суицидов сегодня поднялась огромная волна. Оказывается, нельзя описывать способы самоубийства и его причины. И те СМИ, которые допускают подобное, получают предупреждения.

Поэтому замечательная новелла Людмилы Коль «Поспи в облаке» вряд ли появится в раскрученном журнале: слишком точно и убедительно показывает автор уход из жизни мальчика из неполной семьи. Журналу, дабы избежать неприятностей, придется какое-то время подождать. Ничего. Вот книжка вышла. Уже хорошо. Ну, а Коль силой вещей, я считаю, оказалась рядом со Львом Толстым и Шекспиром. «Анну Каренину», разумеется, следует запрещать однозначно, потому что в романе все сказано: где стояла, с какой стороны зашла, что думала. И «Ромео и Джульетту» тоже.

У Коль история мальчика подается через поток его сознания. Явь и сны в этом потоке идут, сменяя друг друга. Но ближе к концу все перемешивается, и неясно, что из чего следует. Последний момент – прыжок с горы в облако – имеет отношение и ко сну, и к реальности. К реальности, правда, художественной. Литература, как ни крути, – вымысел. Даже самая-самая фотореалистичная.

В новую книгу Людмилы Коль вошло пять новелл – пять рассказов, в которых все происходящее увидено глазами действующих лиц. Но эти лица играют совершенно разные роли. Вот Таня из произведения «Где-то хлопнула дверь», героиня детективной истории в духе Агаты Кристи. Таня живет на европейском курорте и распутывает сложную интригу русской мафии. Тут есть все: и убийства, и неожиданные жесты героев, и великолепный антураж.

Совсем иначе построена новелла «Козье молоко». Мы оказываемся на подмосковной даче в доперестроечное время, в такой знакомой и ушедшей уже навсегда жизни. Пенсионер Виктор что-то мастерит, строит, копает, думает о прошедшем. И внешне вроде ничего не происходит. Но вот что происходит – повествовательное движение воздуха, постоянно меняющиеся интонации живой речи. Коль словно создает книгу памяти. Такой альбом большого формата с разными фотографиями. И вспоминает при этом, что у финнов существует обычай собирать фотки, воспоминания друзей и составлять фолианты: «Это – как связь времен, чтобы знали: а вот на этом месте, где мы с вами сейчас стоим, другая жизнь кипела».

книга
Людмила Коль.
Маленький кусочек счастья.
Новеллы.
– М.: Вест-Консалтинг, 2015.
– 268 с.

Финский след появляется не случайно. Писательница больше 20 лет живет в Хельсинки, в стране голубых озер, и опыт русского зарубежья присутствует в ее повествовании. Наиболее полно он представлен в новелле «Легкий треп во время аперитива». Читатель наблюдает историю отношений русской эмигрантки и коренной жительницы Финляндии, от момента их сближения до расставания. «На Западе люди более холодные, чем у нас, и часто, устав от общения, они прерывают знакомство навсегда, без всякой ссоры, без всякой причины – просто от усталости. Повстречав тебя однажды на улице, они могут спокойно пройти мимо, как будто никогда и не были с тобой ни в каких приятельских отношениях», – признается героиня.

Интересны не только начало и конец дружбы, но и сам процесс. Как оно все протекает там, внутри. И почему местная жительница ведет героиню к модному парикмахеру и в модные магазины, и как проводит дружескую вечеринку.

Эмигрантская жизнь стократ усилила в Коль понимание россиян, русской ментальности. С легким юмором описывает она покупку туристами чая в Шанхае (новелла «Китайский чай»). Все заходят и спрашивают по-английски: «How much for fifty grams?» («Сколько стоит пятьдесят грамм?»). Так что даже продавщица-китаянка выучила по-русски эту фразу. Так, на всякий случай. Правда, произносит ее с ошибками: «Скорько стоит пятьдесят глам?»

И все-таки Людмилу Коль, несмотря на ее финский паспорт, нельзя назвать писателем эмиграции. Она живет в русской культуре. И смотрит на происходящее в России не издалека. В самом деле, всего-то три часа из столицы Финляндии на скоростном поезде до Северной столицы, быстрее, чем на «Сапсане» из Москвы в Петербург.

Людмила Коль чувствует себя и там, и здесь. Она космополит. И говорит об этом прямо, не стесняется: «Я не очень люблю, когда меня причисляют к писателям русского зарубежья. А если я завтра поменяю территорию, к кому тогда будут причислять? Территориальный принцип давно уже ушел из нашей реальности, к тому же никакого противостояния Зарубежья и России давным-давно нет». Действительно, чего, собственно, стесняться? Можно жить в Риме, как Гоголь. Или в Хельсинки, как Коль. Лишь бы творческий процесс не затухал и вот такие замечательные книжки выходили. 


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


«Токаев однозначно — геополитический гроссмейстер», принявший новый вызов в лице «идеального шторма»

«Токаев однозначно — геополитический гроссмейстер», принявший новый вызов в лице «идеального шторма»

Андрей Выползов

0
1081
США добиваются финансовой изоляции России при сохранении объемов ее экспортных поставок

США добиваются финансовой изоляции России при сохранении объемов ее экспортных поставок

Михаил Сергеев

Советники Трампа готовят санкции за перевод торговли на национальные валюты

0
2971
До высшего образования надо еще доработать

До высшего образования надо еще доработать

Анастасия Башкатова

Для достижения необходимой квалификации студентам приходится совмещать учебу и труд

0
1667
Москва и Пекин расписались во всеобъемлющем партнерстве

Москва и Пекин расписались во всеобъемлющем партнерстве

Ольга Соловьева

Россия хочет продвигать китайское кино и привлекать туристов из Поднебесной

0
2031

Другие новости