![]() |
Не оставляйте кошек надолго одних... Фото Елены Миллер
|
Пьяные соседи в самолете должны излить мне душу:
– Саня! Я вот с тобой познакомился пять минут назад, но ты мне уже как брат. Я в Питере вызвал проститутку Настю на ночь, но не притронулся к ней, а всю ночь с ней разговаривал. Потом в баре с Настей до утра бухал. Какая девушка! Стоило мне все вместе 100 тысяч рублей. Если бы с Настей провел еще день, то, наверное, сделал бы предложение. Но, ты понимаешь, мне надо возвращаться в Волгоград. У меня там кошка некормленная – Зоя. Я ей еды совсем мало оставил. Не думал, что в Питере задержусь. Зоя – моя настоящая любовь. Как думаешь, существует кошачий бог? Он меня накажет за то, что оставил Зою надолго?
– Ты ничего не слышал про звезду немецкой современной лингвистики Шульце? Он поехал вначале в Новую Мексику и жил год с бойфрендом – индейцем Навахо. Потом в Сибирь, и под Читой жил с нанайцем. И вот во время анального секса он заметил, что они кричат похожие слова. Корни у слов одни. И Шульц начал копать и доказал, что нанайцы и Навахо – один народ. То есть Навахо – это нанайцы, которые перешли Берингов пролив тысячи лет назад. Так гомосексуализм Шульца помог совершить огромный прорыв в лингвистике. Ты чего хохочешь? Да ты скрытый русский гомофоб! Я больше с тобой не разговариваю!
Волчицы
Я договорился встретиться с немецкой поэтессой Хильдой в берлинском кафе в Пренс Лауберге. Наше предыдущее свидание год назад было весьма романтическим, с жаркими поцелуями, и мне было любопытно, чем закончится это. Будет постель – или она скажет, что те жаркие поцелуи были ошибкой?
К моему столику подошла девушка и представилась Гретой. Она прочла мои стихи на немецком, и ей очень понравилось. Она подруга Хильды, которая сейчас подойдет. Грета была настоящей немецкой красавицей. Я решил за ней тоже приударить. Мы разговорились. Оказывается, Хильда и Грета вместе ходят в секту – или культ – или психотерапевтическую феминистскую организацию «Женщины воют на Луну». Скоро подошла и Хильда, и я с большим интересом стал следить за их разговором.
Они собираются в отдаленных местах на природе или в тихих берлинских парках лунными ночами, бегают на четвереньках и прямо‑таки воюют на Луну, как волки. Говорят, что самая лучшая психотерапия. Снимает цивилизационный стресс. Я сидел и думал о своей жизни. Как часто мне тоже хотелось взвыть. Вначале они перебрали всех своих подружек из группы. Кто, значит, воет искренне, а кто притворяется. Потом перемыли косточки создателю этой группы Максу. Он, конечно, харизматичный гений, но уже поимел половину членов своей группы. Они начали обсуждать, можно ли его за это посадить. Но все девушки были совершеннолетние и сами хотели соблазнить Макса, чтобы быть ближе к Луне. Грета сказала Хильде, чтобы даже не думали. Без Макса и регулярного воя на Луну она точно попадет в психушку. Однажды она во время процедуры надела специальный костюм, и Макс носил ее в зубах, как маленького щенка. У Греты после этого месяц не было депрессий или самоубийственных мыслей. А вот в Кельне есть такая же группа, но там мужчина, Карл, который ее ведет, делает это искренне, а не ради секса. Тут мое терпение подошло к концу. Я передумал ухаживать за этими девушками, сказал, что у меня дела, пожелал им успешно и дальше бегать на четвереньках и выть на Луну и вышел из ресторана.
Монолог скелета
У меня была самая лучшая в мире работа. Я пугал детей в парке аттракционов и получал за это 20 долларов в час. Детки заезжали в темную комнату на паровозике, и я выскакивал из темноты в костюме светящегося скелета, трогал их за плечи и кричал: «У-у-у!!!» Мальчики так кричали от страха! Девочки плакали. Если они не кричали, то это означало, что я недобросовестно работаю. А я же был рожден для этой работы! Предыдущего скелета уволили за то, что курил слишком много травки, стоял, как статуя, и уже не мог никого напугать. Над ним даже дети смеялись. Вначале я думал, что задержусь на такой высокооплачиваемой работе, особенно за такие деньги, я вот грузчиком работал за 7 долларов в час, но потом меня начала мучить совесть. Эти невинные и маленькие мальчики и девочки! Они никогда никому ничего плохого не сделали, а я их так мучил. Пил с них, можно сказать, кровь. Я стал брать на работу виски. Вначале один маленький глоток, чтобы стресс снять. Но постепенно все больше и больше. Однажды я выпил целую бутылку и уснул прямо на рельсах. Меня чудом не задавили! Мне вызвали скорую, и, когда меня уносили на носилках, милые детки кричали: «Не умирай, скелет! Спасите нашего любимого скелета! Мы его так любим!»
Такую работу потерял! Вот уже год хожу в «Анонимные алкоголики». Недавно я решил ходить всюду, в том числе и на заседания «АА», в костюме скелета. Я чувствую себя в нем увереннее. Так эти сволочи мне запретили приходить в таком виде. Алкоголики отказывались находиться со мной в одной комнате! Они, видите ли, боятся! Вот и в вашем социальном офисе мой костюм всех распугал, и меня никто, кроме вас, принимать не хотел. Все боятся. А я же мухи не обижу. Теперь очень редко, но все же бывают дни, когда я срываюсь – и опять по бутылке виски в день. Каждую ночь мне снятся кричащие мальчики и плачущие девочки. Дорогие детки! Простите меня!
Нью‑Йорк
комментарии(0)