Александр Рар, директор программ России и СНГ Германского совета по внешней политике, Берлин
═
Политика Владимира Путина в ходе его второго президентского срока может быть выражена в четырех пунктах. Во-первых, это завершение реформ, направленных на модернизацию России. В 2001 году был запущен пакет самых либеральных реформ в российской истории. Однако три реформы в нем все же отсутствовали: это банковская реформа, реформа ЖКХ и расчленение монополий типа «Газпром». В течение последующих полутора лет Путин должен провести эти недостающие реформы. Если же он этого не сделает, то под вопросом окажется вступление России в ВТО.
Во-вторых, предвидится определенная демократизация власти – переход властных структур из президентского аппарата в правительственный. Через четыре года главным закулисным аппаратчиком будет уже не Медведев, а Козак. Таким образом Путин будет пытаться перераспределить президентскую власть между полномочиями собственно президента, правительства и Думы.
В-третьих, тот факт, что главой правительства России назначен человек, работавший до этого в Брюсселе послом России при ЕС, а глава МИДа 10 лет прожил в США и, можно сказать, лучше знает Америку, чем нынешнюю Россию, свидетельствует о том, что Путин взял радикальный курс на прорыв в мировую экономику западного типа. Об этом правительстве можно говорить как о самом прозападном правительстве, когда-либо существовавшем в России.
В-четвертых, Путин будет осторожно создавать предпосылки для дальнейшей реинтеграции на постсоветском пространстве. Здесь России предстоит ожесточенная борьба с США и ЕС за «ближнее зарубежье». Путин питает надежды на то, что ЕС просто физически не сможет далее расширяться и тем самым отдаст Украину и Белоруссию в сферу влияния России. Россия укрепится как держава, географически принадлежащая к Европе, как европейская держава. Не входя при этом в ЕС и не принимая европейские ценности и нормы.
═
Эндрю Качинс, директор Московского центра Карнеги, Вашингтон–Москва
═
Я ожидаю, что в первый год второго президентского срока Владимира Путина новое правительство с большим напором возьмется за реформирование экономики. На повестке дня стоит принятие большого числа новых законов, некоторые из них будут непопулярны. Однако в этом-то и состоит роль премьер-министра Фрадкова на предстоящие год или два – реализовать экономическую повестку дня президента Путина и принять на себя связанный с ней политический удар. Введение в состав правительства Александра Жукова, расширение полномочий Алексея Кудрина, сохранение на своем посту Германа Грефа – все это свидетельствует о том, что программа экономических реформ будет реализовываться.
Однако я гораздо менее оптимистично смотрю на перспективы консолидации и развития в ближайшие несколько лет того, что осталось от российской демократии.
Будет прогресс по линии ВТО, и можно ожидать вступления России в эту организацию уже в 2005 году. Отношения с Европой останутся сложными. Однако эта сложность является также отражением более интенсивного взаимодействия с расширенной Европой. Россия будет продолжать политику расширения энергетического экспорта и связей с Азией, а также попытки консолидировать свое энергетическое и экономическое влияние на постсоветском пространстве. Россия будет продолжать расширять свои военные связи и влияние в Центральной Азии, а также на Кавказе. После СНГ, Европы и США главными партнерами России будут Китай, Япония и Индия. Наконец, Москва будет и далее пытаться сохранить свои связи с Ираном и Ираком.
═
Джеймс Никси, координатор программы России и Евразии Королевского института международных отношений, Лондон
═
Путин будет одновременно проводить и либеральные, и авторитарные реформы с тем, чтобы укрепить свое наследие и укрепить положение на российской политической сцене. Экономический рост, во-видимому, продолжится, однако несколько медленнее, нежели в ходе предыдущих четырех лет. Экономический рост даст Путину большую свободу для маневров почти во всех областях политики. Будут продвигаться налоговая и судебная реформы. Пусть даже медленно – ведь, как показывает история, по мере продвижения реформы чиновничий аппарат становится все более консервативным.
Либералы и в России, и за рубежом будут все в большей степени возмущаться тем, что российскому обществу не удается достигнуть большей демократии, плюрализма и вообще стать более похожим на западное.
Важно также упомянуть, что последний период первого президентского срока Путина вовсе не означает конца олигархии. Да, она находится под ударом, однако ее положение вновь укрепится, как только появится новое поколение олигархов.
По крайней мере до тех пор, пока Россия не будет «спровоцирована» (скажем, блокированием ее вступления в ВТО или более активным «вмешательством в ее дела» по Чечне), ее отношения с Западом будут сохраняться на нынешнем уровне. Возможно даже, что они будут немного улучшаться – в той мере, в какой Россия все дальше уходит от советской эпохи. Путин неохотно, но признает, что в первую очередь необходимо стать «нормальной страной» и что наиболее эффективным способом достижения этого является тесное сотрудничество с Западом, несмотря на неизбежно возникающие противоречия.
═
Арно Дюбьен, старший научный сотрудник Института международных и стратегических отношений, Париж
═
На внутреннем фронте основная задача Путина – социально-экономическая модернизация страны. Состав нового правительства указывает на то, что политика либеральных реформ продолжится. В то же время, что касается «дела ЮКОСа», не исключена возможность изъятия государством и перераспределения части акций этого нефтяного гиганта. Россия действительно может приблизиться к заветной цели – удвоению ВВП. Однако ее достижение не гарантировано, судя по парадигме экономического роста, очерченной экономистами.
Еще один существенный фактор неопределенности – Чечня. «Политическое урегулирование», порученное Кадырову, останется без каких-либо альтернатив и изменений.
Во внешней политике Россия по-прежнему продолжит уделять повышенное внимание к странам СНГ, в первую очередь к Украине и Казахстану. Отношения с США останутся в режиме «стэнд бай» вплоть до ноябрьских президентских выборов в США. Что касается Европы, то одного назначения председателем правительства Михаила Фрадкова окажется недостаточно, чтобы преодолеть ту неопределенность и непонимание, которые появились в отношениях ЕС и России в 2003 году.
═
Маршалл Голдман, заместитель директора Дейвис Центра российских и евразийских исследований Гарвардского университета, Бостон
═
Поскольку президентские выборы были фактически выборами одного человека, Владимир Путин может и не чувствовать необходимости отвечать запросам, желаниям и заботам общества. Хотя он сохранил в своем новом кабинете многих реформаторов, он не обязательно будет продвигать те экономические реформы, в которых нуждается страна. Для того чтобы сократить бюрократию, необходимы неимоверные усилия. Ведь старые силовики все еще доминируют в составе кремлевского аппарата, и они будут продолжать сопротивляться глубинным реформам, необходимым для ускорения экономического роста и развития нового бизнеса.
До тех пор, пока малый и средний бизнес не будет составлять 50% ВВП (а не 10–15%, как сейчас), Путину не удастся удвоить объем ВВП в течение ближайших 10 лет. Он также должен привлекать новые внутренние и иностранные инвестиции – и для этого ему необходимо решить проблему с олигархами. Это означает заставить олигархов возвращать государству больше, чем сейчас, за ту собственность и доходы, которыми они стали обладать в предыдущие годы.
Без экономических реформ Россия будет по-прежнему оставаться в зависимости от нефтеэкспорта. Если будет действительно так, то экономический рост не будет распространяться на страну в целом: деловая элита в Москве будет извлекать прибыль за счет всей остальной страны.