Александра Самарина. Всю неделю нагнеталась обстановка. Можно было подумать, что Москву ждет высадка вражеского десанта. Масштабы подготовки поражали воображение. К субботе в столицу свезли омоновцев из регионов. Несогласных профилактически отлавливали и предупреждали о последствиях – под расписку.
Одновременно козни внешнего врага без устали разоблачало Федеральное собрание. Думско-совфедовский демарш в отношении американских экспертов, еще 6 марта написавших доклад по поводу нарушений прав человека и поставивших Россию на весьма непрезентабельное место в соответствующем рейтинге, пришелся аккурат на канун марша, и оттого показалось, что между событиями существует прямая связь.
Итог получился жалкий и где-то даже компрометирующий усилия властей. Немногочисленные демонстранты в считанные минуты были рассеяны, задержавшиеся – побиты и отвезены в кутузку, а потом, по горячим следам, в суд, для взимания штрафа. Туда же и с той же целью отправили чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова. Участие в несостоявшемся марше обошлось гневному обличителю недорого – в тысячу рублей.
События рождают вопросы. Зачем было разрешать мероприятие, если изначально планировалось «взять живыми» организаторов еще до официально разрешенного митинга? Тем более что успешный опыт прямого запрета у властей есть, если вспомнить историю многострадальных геев, годами добивающихся права на парад. Можно предположить, что половинчатость решения продиктована нежеланием выставлять себя в негативном свете перед мировым сообществом. Однако нетрудно было угадать реакцию публики, в том числе и зарубежной, на загодя планировавшийся «захват» лидера и избиение рядовых участников марша.
Единственное разумное объяснение – проведение полевых испытаний. Учения давно стали в стране прозой жизни. А экс-командир постоянно обучающейся армии был даже повышен за успехи в боевой и политической подготовке до ранга преемника президента – почти официально, с освобождением от неспокойной армейской текучки.
Тренировка подобного рода не представляется власти излишней. Но приходится признать: демократы крупно подставили хорошо подготовившихся к уличным боям защитников отечества. Не получилось ни ввести чрезвычайное положение, ни даже потренироваться толком на из рук вон плохо оборонявшихся гражданах. А шествия верноподданнического характера, подозреваю, в этом плане особенно раздражали ревнителей порядка. Приложения сил не получилось. Не считать же серьезной победой власти отъем денег у Каспарова. А с Михаилом Касьяновым и вовсе конфуз произошел: охрана успешно отбила лидера у правоохранителей.
Торжественное изъятие лидера «Другой России» из обращения смотрелось логическим продолжением думско-сенаторского заявления. То есть вторым посланием зарубежным ревнителям демократии. Поэтому марш полузапретили.
Однако исполнение всегда чревато непредсказуемостью последствий. Особенно если целеполагание далеко от реальности. Нельзя долго предрекать оранжевый бунт в стране, где нет для него ни малейшей предпосылки. Можно и накаркать. Трудно сказать, когда люди всерьез возмутятся политучениями. Неосторожные действия омоновца, проломившего голову участнику публичной акции, могут спровоцировать подлинный взрыв.
Нынешние учения смешны. Будущие могут оказаться трагичными. И то и другое развитие событий позиции власти не укрепляет. Адекватность ответа на угрозу подразумевает как минимум ее наличие.
Дарья Гармоненко 