Анастасия Корня В Верховном суде вчера продолжился процесс по делу о референдуме: коммунисты, обжаловавшие отказ Центризбиркома в проведении плебисцита по большинству предложенных вопросов, настояли на вызове в суд свидетелей – троих членов ЦИКа, принимавших участие в решении вопроса. И вчера допрашивали их с особым пристрастием.
Истцов интересовало буквально все: как комиссия готовила «отказное» заключение, кого из экспертов привлекала к оценке параметров тех самых расходов из бюджета, со ссылкой на которые было отказано по большей части вопросов. И на каком основании вообще взялась толковать понятия «бюджет» и «финансовые обязательства» так, а не иначе. «Ну назовите хоть один вопрос, который не потребовал бы расходов», – атаковал главный юрист КПРФ Вадим Соловьев члена ЦИКа Людмилу Демьянченко, которая в суде поддержала аргументацию избиркома.
«Ну, надо подумать...» – замешкалась та. «Не можете! – возликовал Соловьев. – А на наши сложнейшие вопросы двух дней хватило!»
«Текст Государственного гимна!» – нашлась Демьянченко. Тем не менее вдруг выяснилось, что никто из свидетелей участия в подготовке заключения не принимал и даже точно сказать, кто это делал, сказать не может. Что вроде бы рабочая группа (состоявшая в основном из сотрудников аппарата) пользовалась какими-то экспертными заключениями, но неизвестно, какими. Не входивших в группу членов комиссии знакомили с уже готовым проектом заключения за два дня до решающего заседания. По мнению члена ЦИКа Евгения Колюшина, который и на заседании ЦИКа, и в суде отстаивал возможность проведения референдума, Центризбирком в данном случае просто «злоупотребил правом». И поступил весьма недальновидно, потому что по действующему закону шансов на реализацию референдума просто нет. Зачем надо было гасить плебисцит в зародыше – не совсем понятно, но «наверное, это проявление общего негативного отношения к институтам прямого народовластия, которое проявляется в последнее время», как грустно резюмировал Колюшин.
Представителям правового управления ЦИКа, назначенным отстаивать его позицию, тоже пришлось допрашивать свое непосредственное начальство. Выглядело это следующим образом: «Текстуально ваше особое мнение совпадает с заявлением, поданным в суд, вам его не партия написала? А записки, которыми вы пользуетесь, вы их сами составляли?» – интересовался начальник правового управления ЦИКа Владимир Казьмин у Евгения Колюшина. «Я человек левых взглядов и этого не скрываю», – ответил Колюшин и предложил провести почерковедческую экспертизу своих записей. «Ольга Кирилловна, – обратился к секретарю ЦИКа Ольге Застрожной, – вот вы призвали коллег не голосовать за проект, а ведь есть статья УК за воспрепятствование праву на референдум!»
«Я не участвовала в голосовании, поскольку убеждена, что закон, который вынужден был применять ЦИК, во-первых, несправедлив, а во-вторых, в значительной степени противоречит тому смыслу, который вкладывает Конституция в сам институт референдума», – отрезала Ольга Застрожная. Проще говоря, применять такой закон бессмысленно: он создан не для организации референдума, а для воспрепятствования ему. Логичным выходом из этой «неправовой» ситуации, по мнению Застрожной, стало бы обращение в Конституционный суд на предмет проверки самого закона.
Впрочем, коммунисты рассчитывают отстоять в суде хотя бы несколько вопросов. Тем более ход заседания их пока обнадеживает: демократичность процесса был вынужден признать даже лидер КПРФ Геннадий Зюганов. «По крайней мере есть возможность высказать точку зрения», – поделился он в перерыве с журналистами. Не исключено, что решение суда станет известно уже сегодня.
