Григорий Заславский Роман Виктюк готовится провести фестиваль всех своих спектаклей. Летом такой фестиваль пройдет в Москве. Причем, обещает Виктюк, специально ради такого дела он восстановит некоторое количество уже сошедших со сцены шедевров.
Пока же в Краснодаре он выпустил оперу Чайковского "Дочь короля Рене", более известную под именем "Иоланта". Театр, на сцене которого вышла премьера Романа Виктюка, достоин отдельного описания. В Краснодаре он называется просто: Музыкальный театр. Располагается на месте бывшей Оперетты, заново переоборудованной и перестроенной художественным руководителем местного государственного творческого объединения "Премьера" Леонардом Гатовым. Именно Гатов пригласил в Краснодар Юрия Григоровича, и сегодня в Краснодарском театре идут и пользуются большим успехом (как у местной, так и у международной публики) балеты Юрия Григоровича "Ромео и Джульетта", "Щелкунчик", "Спартак". После премьеры в Большом "Раймонды" Григорович отправится снова в Краснодар, где в середине июня уже объявлена премьера его "Баядерки".
Сразу видно, что Гатов знает толк в театральном деле. Зритель хочет, чтобы ему сделали красиво? Значит, нужен фонтан. И в партерном фойе бьют фонтаны, в фонтан превращена и стена, по которой стекают струи воды.
Он умеет поразить воображение. Говорят, что театр - не единственное его увлечение, и, имея в виду весь шлейф рассказов и легенд, Гатова, наверное, можно было бы сравнить с нашим (в смысле - московским) Кобзоном в контексте окружающих знаменитого исполнителя мифов и кривотолков. Но - вдобавок к ним - Гатов еще и театры открывает. Государственные театры. Один за другим.
В определенный момент к уже имеющемуся балету Леонард Гатов решил добавить и оперу. Начать следовало громко, поэтому поставить "Иоланту" позвали Виктюка.
Роман Григорьевич сразу же все переиначил. Вывел на сцену кордебалет, естественно, раздел мужской состав, насколько позволили это сделать местные консервативные вкусы (и назвал этих полуобнаженных юношей ангелами и заставил являться Иоланте в ее скромных лирических снах). Он достал из небытия и вернул на место все традиционные купюры, отчего одноактная опера зазвучала почти на полчаса дольше. А кто же станет возражать против получаса музыки Чайковского?!
Но главное - Виктюк вывел на сцену самого Петра Ильича. Загримированный под него актер (Вячеслав Егоров) появляется на сцене при еще не погашенном свете. Спускается в партер и читает одно из писем композитора к брату Модесту. В письме Петр Ильич хвалит последнюю свою оперу. В исполнении оркестра под управлением приглашенного дирижера Владимира Зивы эти похвалы не показались преувеличением (у Виктюка, к слову, партитуру дирижер получает из рук самого Чайковского).
Все первое действие Чайковский остается сторонним наблюдателем оперного сюжета. Но судьба Иоланты все более захватывает его. Он жаждет соучастия и внимания Иоланты (Марина Шульга на премьере не раз срывала вполне искренние аплодисменты).
Когда его волнение достигает апогея, "Петр Ильич" снимает черное партикулярное платье, меняет его на белые и почти райские оперные одежды (и те и другие придуманы художницей Евгенией Панфиловой) и превращается в Водемона, спасителя Иоланты. Того, который открывает ей тайну слепоты и этой тайной исцеляет принцессу. То есть сначала сказочная Иоланта пленит самого Чайковского, потом уже - Водемона.
Роман Виктюк настаивает, что эта красивая метафора имеет некоторое отношение к реальной жизни Чайковского. Может быть.
Чайковский - не единственное концептуальное "украшение" краснодарского спектакля. В его волнениях и исцелении принцессы ему сопутствует и его поддерживает Муза (Анастасия Закурдаева), солистка балетной труппы.
В общем, Виктюку удалось добиться, чтобы его "Иоланта" и смотрелась хорошо, и пелась, несмотря даже на то, что то ли по моде, то ли убоявшись плохой акустики зала, постановщик снарядил всех солистов микрофонами. Так что судить о голосах приходилось с большой приблизительностью.
Краснодар-Москва
Дарья Гармоненко