Алла Архангельская Уже один список участников выставки, открывшейся в Центре имени Сахарова, способен вызвать подозрения. Взять хотя бы Авдея Тер-Оганьяна. Этот главный богоборец страны превзошел практически самого Ивана Карамазова в попытках доказать, что Бога нет. У всех в памяти его порубленные и "украшенные" фаллическими изображениями иконы, в свое время чуть ли не вызвавшие межконфессиональный скандал. В результате самого художника отправили в долгую чешскую ссылку.
Но тема, как видно, не исчерпана, и работы Тер-Оганьяна, те, что про религию, вновь украшают стены выставочного зала. На этот раз, правда, художник ограничился невинной советской символикой вроде серпа и молота в качестве иконного украшения.
Другие фамилии, пусть и более спокойные в данном контексте, тем не менее мало ассоциируются с вечной темой. К примеру, Владик Мамышев-Монро - эстет, привыкший любоваться своими собственными перевоплощениями, - не изменил своему принципу и на этот раз. Он традиционно представляет коллажи с изображениями себя, что вполне может сойти за "иконы". Интеллектуал Кулик ограничился концептуальными текстами "про это", Ирина Вальдрон - живописью про клонирование овец.
Естественно возникает мысль, что кураторы выбрали чересчур однобокий принцип подхода к проблеме. Многочисленные "против" и немножко "за". Постмодернистское сознание не способно серьезно рефлексировать на тему религии. В лучшем случае получаются "мысли о себе".
Иисус Христос Александра Косолапова, несмотря на то что постмодернизм уже как будто успел докурить свою последнюю папиросу, сопровождается подписью "Кока-кола - моя кровь". Группа "Синий суп" представляет фотосессию про Пасху, которая на самом деле - день космонавтики: купол обсерватории украшен буквами "ХВ".
А ведь казалось, что критерий ереси исчерпан до конца, а бунтовать "на тему" уже не актуально.
